АРХИВ

logo

Вы находитесь здесь:портмоне/2009/Номер от 20.10.09/Куда денут «плохие» активы банков
19.10.2009 14:55

Куда денут «плохие» активы банков

Автор  Портмоне

Всего год прошел с начала кризиса, как в НБУ возникла идея создать «плохой» банк — в начале осени в главном финучреждении страны заявили о намерении организовать санационный государственный банк, специализирующийся на работе с проблемными активами.

Быть или не быть?

Идея создания банка «плохих» активов уже обсуждалась в Украине осенью прошлого года, но ее забраковали как неэффективную. Дотянули, что уровень неработающих активов в украинских банках превышает все мыслимые пределы. По словам исполнительного директора Украинской национальной ипотечной ассоциации Алексея Пилипца, практически 100% ипотечных кредитов в Украине — проблемные (да и остальные сегменты кредитования не в лучшем состоянии). Если Нацбанк не примет меры, банковская система страны «утонет в токсичной безысходности».

24 июля 2009 г. Президент Украины подписал Закон «О внесении изменений в некоторые законодательные акты относительно особенностей реализации мер по финансовому оздоровлению банков», согласно которому НБУ может создать санационный банк. «Это будет по своей сути небанковское финансовое учреждение, специализирующееся на работе с проблемными активами, — заявил глава дирекции по банковскому регулированию и надзору Нацбанка Василий Пасичник. — Работа с проблемными финучреждениями может вестись путем создания на базе госбанка санационного банка, которому будут передаваться не проблемные, а качественные активы банков с временной администрацией «параллельно» с депозитами этих финучреждений».

В случае разработки такой модели и ее грамотной интеграции она может значительно уменьшить негативное влияние кризиса на экономику Украины и банковскую систему в частности, считает директор Запорожской дирекции АБ «Диамант-банк» Вера Попова. «В сложившихся условиях наилучшим вариантом стало бы создание такого агентства объединенных банков, инвестиционных фондов и риэлторских агентств. При этом обязательным условием должно быть принятие соответствующего закона и наличие регуляторного воздействия со стороны государства (в частности, Нацбанка, Госкомфинуслуг и пр.)», — разъясняет она.

Работа небанковского финансового учреждения, специализирующегося на работе с проблемными активами, будет напоминать кампанию, которая должна заниматься реанимацией работы (са-натор или временная администрация) и коллекторскую кампанию (возвращать проблемные кредиты). По сути, это та же временная администрация, но под большим госконтролем и без предоставления банковских функций. Как гласит закон, депозиты проблемных финучреждений будут передаваться одновременно с передачей качественных активов санационному банку в рамках Гражданского и Хозяйственного кодексов.

Только вот зачем «токсичному» банку работающие активы, ведь это, теоретически, противоречит самой идее санационного банка. Даже при передаче равного количества качественных активов и пассивов возникает проблема: качественных активов может быть немного, потому банк останется с одними пассивами. Санационный банк денег не зарабатывает — он минимизирует убытки по токсичным активам. Такие задачи может решать специальный инвестфонд, так как, в отличие от банка, у него больше возможностей по взысканию долгов, считают эксперты. Кроме того, можно будет растянуть реструктуризацию плохих долгов на длительное время, тем самым улучшив текущую ликвидность банковского сектора.

На «госпитальный» режим имеет смысл переводить активы, которые банку самостоятельно тяжело реализовать (например, узкопрофильную технику и пр.), полагает Вера Попова: «Банк согласится продать такие активы с дисконтом в случае обязательства со стороны агентства перечислить деньги в пределах 15 — 20 банковских дней».

Токсичные или плохие?

Термин «токсичные активы» пришел к нам из более развитых финансовых рынков, где так называемые «плохие долги» оформлены во множество деривативов. Деривативы — это производные ценные бумаги, которые напрямую не удостоверяют право его владельца на какой-то конкретный актив (например, недвижимость), а служат только для спекуляций. Рынок деривативов опутал всю мировую финансовую систему. «Нам повезло, что до Украины эти новейшие инструменты еще не дошли и у нас в принципе нет инвестиционных банков, которые в мире понесли наибольшие потери. Слаборазвитый украинский фондовый рынок и отсутствие торговли производными инструментами в какой-то мере спасли наши банки (в отличие от западных) от серьезных проблем», — рассказывает заместитель директора «Южного Фондового Магазина» Анна Плешакова. Украинские банки, в основном, сталкиваются с необходимостью решения вопроса по проблемным кредитам, но этот актив не совсем попадает под понятие «токсичных активов». Под «токсичными активами» за рубежом подразумевают не просто активы, которые существенно обесценились, а и те, которые нельзя продать. В украинских реалиях «токсичные активы» — это, прежде всего, ипотечные кредиты, выданные банками, а также облигации (как корпоративные, так и суверенные). «Но если в Америке «токсичные» — это обесценившиеся и безнадежные, то в Украине — это, в принципе, только обесценившиеся. Пока нет громких дефолтов по облигациям, недвижимость хоть и потеряла в цене, но никуда не делась. Конечно, банкротств заемщиков достаточно много, но они пока не достигли критической массы. Так что в Украине «токсичные активы» — это, скорее, «плохие долги», — поясняет эксперт.

Есть нюансы

Латание дыр проблемных банков может хорошенько продырявить госбюджет (как минимум 3-5 млрд. грн. для каждого банка в отдельности), по словам аналитиков. А ведь Украине еще нужно отдавать внешние долги, находить дополнительные средства для восстановления работы банковской системы и т.д.

Кроме того, критикуют сам принцип организации небанковского учреждения, занимающегося проблемными активами. «В мировой практике финучреждения очищаются путем продажи своих проблемных активов с дисконтом «плохому банку», — говорит финансовый аналитик Astrum Investment Management Ярослав Отецик. — В Украине же хотят соединить все проблемные банки, а точнее, их части в один, подкрепив активы депозитами, однако остается вопрос: насколько законно отделять качественные активы с частью депозитов от банка, оставляя другую часть депозитов с проблемными активами?»

В связи с созданием санационного банка встает более остро и вопрос защиты интересов вкладчиков — депозиты, замороженные в банках с временной администрацией, могут передать в тот же «Ощадбанк», а вот кому отдадут вклады из «небанковского» банка? Будет ли санационный банк участником Фонда гарантирования вкладов? Не создается ли санационный банк только потому, что режим временных администраций не оправдал доверия, изжил себя?! Не зря же Нацбанк лишает лицензий некоторых временных администраторов, которые продемонстрировали неудовлетворительные результаты работы (и грозится дальше чистить ряды).

Анна Плешакова сомневается, что будут созданы структуры, в которых аккумулируют «плохие долги». Банки уже научились работать со своими долгами, все чаще идут на реструктуризацию, лонгирование, что позволяет им зарабатывать, пока нет возможности кредитовать по старым принципам. Банкиры попросту не отдадут этот источник дохода, не говоря уже о том, что потеряют клиентов, а новых денег на выдачу новых кредитов новым клиентам нет.

«Это напоминает ситуацию с идеей создания кредитных бюро. Все понимали, что это нужно, но так и не договорились. Может, потому, что это было выгодно все эти годы? — объясняет Анна Плешакова. — Есть часть кредитов, которые можно отнести к практически безнадежным, но в общей сложности это не будет стоить того, чтобы создавать «плохой банк». К тому же и кредиторы, и заемщики чувствуют явное улучшение ситуации в экономике, точнее, замедление темпов падения. Поэтому создание организации, которая бы управляла «плохими долгами», нужно было рассматривать намного раньше. А то получается как в остросюжетных голливудских фильмах: когда все закончилось — приехала полиция».

Возможно, будет создание «плохого банка» в усеченном варианте: часть уж совсем плохих кредитов определенных банков, прежде всего с временными администрациями, передадут в управление, например, государственному банку. Таким образом «приболевший» банк быстрее справится с проблемами и быстрее привлечет новых собственников.

Напрашивается вывод

Создается впечатление, что в Украине опять изобретают велосипед. Практически во всех развитых странах банки значительно снизили процентные ставки (в некоторых странах, типа США, по ипотеке вообще в 0%), а у нас что? А потом украинские банкиры делают несчастное лицо и жалуются: ипотека стала проблемной, банки тонут в «токсичной безысходности», помогите кто чем может... А не в жадности ли своей они тонут?

Да, банк «плохих» активов имеет право на жизнь. Но хватит ли у государства средств и желания очистить банковскую систему от «мертвых» активов? Как будут оцениваться «токсичные» активы, что с ними будет происходить дальше? Слишком уж много в этом «небанковском» финучреждении лазеек для махинаций. Что ждет украинских вкладчиков, непонятно.

РS: При подготовке материала использованы интернет-ресурсы korrespondent.net, companion.ua, rosinvest.com, finance.bigmir.net и др. «Портмоне» обращалась за информацией в десятки банков. Ответил на наши вопросы лишь один. Выводы делайте сами.

Надежда Алейник

 

Мнения экспертов

Вера Попова, директор Запорожской дирекции АБ «Диамант-банк»:

«В сложившейся ситуации банки склонны искать компромисс и, как правило, соглашаются на реструктуризацию кредита, предоставляют «налоговые каникулы» и пр. меры, позволяющие заемщику выплачивать кредит в соответствии с изменившимися обстоятельствами.

Банки прибегают к взысканию долгов в судебном порядке лишь в случае, если клиент на протяжении длительного времени не осуществляет платежи по графику, скрывается, не идет на контакт, не ходатайствует о реструктуризации кредита и т.п.

«Диамантбанк» проводит эффективную политику риск-менеджмента, что обеспечило формирование качественного кредитного портфеля. Таким образом, доля невозвратов по выданным кредитам сведена к минимуму. Соответственно, вопрос реализации залогового имущества для нас не является чрезвычайной проблемой. Реализация происходит в соответствии с действующим законодательством».

Анна Плешакова, заместитель директора «Южного Фондового Магазина»:

«Огромная проблема банковской сферы, значительно повлиявшая на развитие кризисных явлений, — бесконечная текучка банковского персонала. Постоянно мигрирующие банковские сотрудники в большинстве своем не ценят своих клиентов. Виной тому была постоянная гонка планов от руководителей и собственников банков, требования постоянного роста кредитного портфеля. На то, что качество этого портфеля, мягко говоря, оставляет желать лучшего в условиях нашей теневой экономики, закрывали глаза. Это могло продлиться еще достаточно долго, если бы не остановился приток денег от иностранных финансовых институтов. Тогда все проблемы и вышли из сумрака. Чего стоит только кредитование в валюте тех заемщиков, которые не имеют доходов в валюте! Такой запрет должны были предусмотреть только на уровне НБУ. Полагаться на финансовую грамотность клиентов в таком вопросе было слишком самоуверенно. 

В начале 2000 г. банки трудно завоевывали доверие к себе, подорванное предыдущим десятилетием. Они позиционировали себя как близкие друзья каждого своего клиента. Но как только начались первые признаки проблем — между финансовыми учреждениями и их клиентами словно выросла каменная стена. И месяцами длился прессинг клиентов, которые в кризисных ситуациях не могли обслуживать свои долги. Развернулась масштабная деятельность коллекторов, банковских спецслужб. Естественной реакцией заемщиков стала подобная же ответная реакция: клиенты начали прятаться от банков, нанимать юристов, которые находили в кредитных договорах серые пятна, появились антиколлекторы. Только спустя полгода-год банкиры поняли, что такими способами и угрозами можно только навредить. Ведь залоги, которые принимались, не всегда адекватно оценивались, наилучший когда-то залог (недвижимость) стала никому не нужна, тем более по обвалившимся ценам. И стало понятно, что если даже отобрать все залоговое имущество должников, то реализовать его сложно, нормальной удобной законной процедуры до сих пор нет. А вот те банкиры, которые сегодня идут на реальную реструктуризацию долга, получают очень лояльного клиента на долгое время».

Ирина Филенко, директор коммуникационной группы РRТ (г. Киев):

«Именно репутационно устойчивые компании оказались наименее подвержены кризису. Выражается это, например, в притоке депозитов при почти докризисных процентных ставках на фоне повышенных программ у других банков. Кризис стал веским аргументом в пользу малобюджетных инструментов РРч. Вдруг вспомнили, что пресс-релизы — одна из самых «козырных» карт в колоде пиарщика, и от их высокого качества зависит результативность освещения инфоповода в СМИ. Так, во время вспыхнувшей паники вокруг «Надра Банка» в начале года в период первой волны кризиса он выпустил рекордное количество пресс-релизов, что не позволило появиться информационному вакууму, который только усугубил бы ситуацию.

Мы рекомендуем экономить на форме РЯ-инструментов, а не на их сути. Совет не оригинальный, но следование ему приносит вполне ощутимую пользу».

 

Справка:

К началу сентября в Украине действовало 184 банка, в том числе 51 фин-учреждение с участием иностранного капитала. К началу октября временные администрации Нацбанка действовали в 15 банках.

НБУ создает санационный банк

Национальный банк подал в Кабмин план создания санационного банка, в который украинские банки могли бы перевести проблемные кредиты. Взамен банки получат ценные бумаги, выпущенные на 7-10 лет, и освободят резервы, сформированные под «плохие» активы. В Кабмине считают, что таким образом смогут освободить из резервов до 40 млрд. грн., которые пойдут на кредитование экономики, и хотят, чтобы санационный банк начал работу до конца года. Самый интересный момент этой схемы — возможность получить рефинансирование Нацбанка под залог проблемного актива. Какие именно ценные бумаги будет выпускать банк, в НБУ ответить затруднились, отметив лишь, что решение должен принять Кабмин. В качестве вариантов предлагаются векселя, принимаемые НБУ в обеспечение при рефинансировании, облигации, которые обеспечены проблемными активами и могут обращаться на вторичном рынке, а также сертификаты со специальным статусом, которые не будут учитываться НБУ при расчете экономических нормативов.

Создать санационный банка в НБУ предлагают на основе шведской модели, а бумаги выпускать на 7-10 лет. Главную проблему имплементации «шведской модели» эксперты видят в необходимости выкупа санационным банком проблемных активов по номиналу. НБУ планирует создать санационный банк на базе небольшого «Ипобанка», в который 2 октября была введена временная администрация. Не исключен вариант, предусматривающий частичное финансирование ЕБРР такого банка, когда проект его создания будет детально описан.

Еще статьи на тему: