АРХИВ

logo

Вы находитесь здесь:Здоровье и медицина/Себе во вред
22.01.2013 22:13

Себе во вред

Автор  Елизавета Корнева

Что делать нам, любящим родителям, в  ситуации, когда наше почти  уже взрослое чудо-чадо действует себе во вред, стремится как говорят специалисты, к суициду?

В народе говорят – «маленькие детки, маленькие бедки, а большие детки…» – соответственно. С малышами мы воюем отчаянно, стараясь перекроить маленького человечка под себя, управляем, направляем, одним словом – воспитываем. Да, встречаются  счастливчики, которые не просто любимы, но и понятны своим родителям. Т.е. не просто такие же, как они сами, а такие, которыми мы хотели бы видеть своих детей. Да, встречаются также понимающие и терпеливые родители, готовые принять своё чадо таким, каково оно есть, и понять чаяния и нужды малыша, даже если они им самим видятся не очень правильными. Но, это скорее исключение из нашего родительского клуба.  Счастливое, но исключение. 

Когxolod13да наши малыши входят в фазу пубертатного возраста, мы обычно с сожалением понимаем – ребенок стал неуправляемым. В лучшем случаем, мы оставляем его в покое, и ждём, когда «перебесится», т.е. переживет гормональное становление. Часто эти надежды оправдываются, и через время мы уже спокойно обсуждаем возникшие проблемы и «наломанные дрова» (обычно радуясь, что наши худшие опасения не оправдались, и «дрова» на самом деле - щепки), и разговариваем с понимающими,  уже взрослыми почти людьми.

А что делать нам, любящим родителям, если наше чадо так и не вышло из периода противоречивого упрямства? Так и не повзрослело, в свои 20 (с хвостиком) лет? И, независимо от того, рядом с нами наш ребенок дорогой или далеко,  продолжает вести себя с нами (и с жизнью) так, как будто стремится расстаться и с тем, и с другим, как можно быстрее... 

Т.е. делает с собой разные, мягко говоря, не полезные манипуляции. От случая клинического: регулярно-периодического царапания себя ржавыми гвоздями, до грубых шрамов на теле и угрозы сепсиса; до случая классического: выход на лютый мороз без шапки, в несоответствующей одежде-обуви, до пневмонии…

Что в этой ситуации испытывают родители (любящие родители) объяснять не надо. Что они делают? Можно представить варианты от крика (души) до полного равнодушия (которое на самом деле не удаётся именно любящим родителям, удается лишь имитация процесса).

А что нужно делать в  ситуации, когда взрослое уже чудо-чадо стремится, как говорят специалисты, к суициду?

С этим вопросом  ПОРТМОНЕ обратилась  к врачу-психиатру, директору консалтинговой компании «Пситрон» Анне Пришутовой.

«Не будем говорить о посещении психотерапевта. Посмотрим, что могут сделать родители.

Ответ банальный. Даже если ребёнок уже юридически вышел из детского возраста, его надо любить и проявлять свою любовь доступным ему (ребенку) языком. Начать это делать можно в любой момент. Нам, родителям, часто кажется, что без слов понятно наше отношение к ребёнку. Поэтому о любви не говорим так уж часто, особенно взрослым детям. Говорим о возможных ошибках и промах с целью их предотвращения и профилактики. Итог таков: мы чаще и эмоциональнее говорим о недостатках своих детей, чем об их достоинствах. И дети приходят к заключению, что не очень-то они нам и нравятся.

Если же мы уже имеем ребёнка подсознательно стремящегося к суициду и не хотим в скором времени его потерять, нужно приложить максимум толерантности и терпения и установить контакт. Для этого надо завоевать доверие. Нравится нам или нет, но доверие надо завоевывать в такой ситуации. Надо всеми способами показать, что мы принимаем ребёнка со всеми его странностями и неправильностями, мы всегда рядом, что бы он не выкинул, он может на нас положиться, мы не предадим, не бросим. И надо иметь в виду, что для ребёнка всё это совершенно не очевидно. Иногда в реальной жизни это выглядит почти как бездействие: я очень толерантно высказываю своё мнение, предлагаю что-то (поесть, поспать, полечить пневмонию, поработать,...), выслушиваю отказ, не впадаю в истерику и начинается новый круг.

Эти действия, кстати, не предполагают, что мы должны быть спокойны и со всем соглашаться. Если я понимаю, что мне хочется убить свое единственное чадо из-за его неразумности и наплевательского отношения к своей жизни, то лучшее – сказать ему об этом (можно очень громко и эмоционально прокричать), но с обязательным дополнением о том, почему меня это так злит. Если кричать, то кричать качественно и до конца. О том, что я его очень люблю и не могу смотреть спокойно, как он уходит от меня, от самого себя, из жизни,.. О том, что я не хочу его потерять и остаться без него, моего любимого ребёнка.

Это наш шанс быть услышанными. Когда человек говорит искренне о своих чувствах, а не даёт оценку своему собеседнику и его действиям, его слушают и слышат гораздо лучше. И это наш шанс вернуть ребёнку радость жизни».

 

И еще…

В борьбе за здоровье наших детей может помочь креативная реклама (как на фото), vredа лучше просто жёсткая провокация. Некоторое время назад мне приходилось прибегать к данному приёму, утверждаю – работает. Моя дочь отказывалась носить головной убор, даже в ситуациях, когда стрелка термометра опускалась ниже, чем минус 20.

Чадо мое крепким здоровьем не отличалось, и меня  регулярно преследовал призрак менингита... Разговоры, уговоры, лекции на тему «твоё здоровье», и угрозы прибить шапку к голове гвоздиком не помогали.

Дочь слушала молча, согласно кивала головой, но шапки исчезали  из её гардероба снова и снова: украли – забыла – не знаю куда делась. А каждая новокупленная держалась на голове ровно до того момента, как девушка сворачивала за угол родного дома…  

И вот я,  предварительно узнав, как делается эта штука , решилась на провокацию. Я  серьёзно, а главное спокойно поговорила  с моим уже почти взрослым ребенком, рассказала ей, что очень её люблю, понимаю, как она не любит шапки, и поэтому разрешаю ей их не носить. Никогда. И тратить деньги на покупку новых уборов не буду. А  вместо шапки  я решила купить для неё… гроб.

Я объяснила уже начавшей опасаться за мой рассудок дочери, что во-первых, так мне будет дешевле и удобнее, ведь её неизбежно скорые похороны обойдутся мне в копеечку. Во-вторых, она может помочь мне с выбором, ведь я не знаю её вкуса относительно гробов, к тому же гроб будет стоять в её комнате, и должен гармонировать с интерьером (для пущей убедительности я помахивала рекламным проспектом с красноречивой надписью «Ритуальные услуги», захваченным на стойке ближайшего супермаркета). А в-третьих, я не сошла с ума, и в моём решении нет ничего необычного (уверенно говорила я), ведь в старину наши предки гроб всегда готовили заранее, а чтобы он не пустовал, насыпали в него зерно…. Так что решено, утром направляемся в «Ритуальные услуги».

Как вы думаете, куда мы поехали с дочерью? Переспав с моими «железными аргументами» (а вела я себя так, что сомневаться в моих намерениях ей не пришлось), она сама предложила ехать покупать новую шапку (только не гроб!). И тут я впервые (впервые, а могла бы и раньше выяснить, в чем корень проблемы и откуда такая ненависть к головным уборам) узнала, какую именно шапку хочет дочь, и почему не может носить то, что я ей упорно навязывала уже не первую зиму. В общем, моя история закончилась благополучно. Я думала, что наблюдаю чудо. Но мне  объяснили, что это не чудо, а чудесный психиатрический приём, называемый «провокативная терапия». Главное, на что обращают внимание врачи-психиатры: провокация должна быть проведена правильно. Только тогда она будет терапией, а не издевательством, приведшим к непоправимым последствиям.